Какие темы затронул белорусский лидер в интервью украинскому журналисту и почему считает, что "агрессия" ВСУ скоро завершится.
Резонансное интервью главы Республики Беларусь Александра Лукашенко разошлось в основном по российским и украинским СМИ. Западные медиа предпочли его не замечать.
Напомним, беседу белорусского лидера с изгнанной с Украины журналистом Дианой Панченко процитировали практически все российские медиа. Белорусский президент озвучил потери военнослужащих украинской армии — 45 000, призвал остановить конфликт и пригрозил мгновенным ядерным ответом без предупреждения в случае агрессии в адрес Белоруссии.
На Украине вряд ли воспримут сигналы к перемирию. Любопытно, что президент Белоруссии проявляет больше заботы о суверенитете населения Украины, нежели их собственные лидеры, заметил глава Евразийского аналитического клуба Никита Мендкович.
Напомним, в ходе разговора Лукашенко сообщил, что Киеву необходимо сесть за стол переговоров, пока не стало слишком поздно, так как существует вероятность, что после завершения борьбы за Юго-Восток Украины российские войска отрежут ВСУ от поставок из Молдавии и Приднестровья, а Польша оккупирует западную часть республики. Но Зеленский приложил максимум усилий, чтобы реализовать именно этот сценарий. Он пролоббировал принятие специальных законов, которые предусматривают возможность гражданам Польши занимать государственные посты на Украине и нести службу в силовых структурах. Речь действительно идёт о подготовке распила суверенитета Украины с отделением западных областей.
Помимо того, прозвучали заявления о надежде на скорое окончание конфликта и потере Украиной агрессивности, но пока не стоит спешить с утешительными прогнозами, — считает Никита Мендкович. — Все хотят окончания конфликта, но до разгрома ВСУ и полной демилитаризации Украины перспективы прекращения военной спецоперации выглядят достаточно туманно.
Лукашенко фактически подчеркнул то, что Москва озвучивала на протяжении многих месяцев: мы всегда готовы к переговорному процессу, чем дальше Запад отказывается от этого, тем больше территорий придётся потерять Киеву в рамках освободительной спецоперации, уверен доцент Финансового университета Геворг Мирзаян.
—Это безопасная позиция для нас, потому что мы понимаем, что ни на какие уступки в рамках переговорного процесса Запад не пойдёт как минимум до смены власти в США. Потому что Байден не может позволить себе смену риторики. А мы выглядим как сторона, всегда готовая к переговорам, но они не начинаются. И это происходит не по нашей вине, — отметил Геворг Мирзаян.
Интерес к судьбе украинцев
Александр Лукашенко хорошо знаком украинскому населению, политологи объясняют его популярность консерватизмом и примером того, как могла бы развиваться Незалежная, если бы Киев ещё при экс-президенте Леониде Кучме не выбрал путь распродажи Украины Западу.
Белорусский политолог Алексей Дзермант заявил о том, что Лукашенко "любит Украину".
"Могу сказать, что, видимо, белорусский лидер один из тех немногих политиков, кто очень глубоко понимает Украину и украинцев, саму украинскую душу", — отметил он, публикуя в соцсети видеоролик с интервью.
Далее Дзермант размышляет, что Лукашенко "не оспаривает их существование, их самость, не унижает, но при этом чётко видит политэкономические причины краха украинской государственности". Ведь начиналось всё "ещё при Кучме, именно тогда была создана порочная система олигархата, которая довела Украину до теперешнего состояния".
—Могло ли быть по-другому? В России получилось с этим справиться, развернуть страну в сторону суверенного развития, хотя всё равно пока ещё не до конца, но государство и цивилизацию спасли от полного разложения. А на Украине не смогли. Может быть, это богатство ресурсами и возможностями как раз и развратило украинские элиты, деморализовало народ и поэтому там не нашлось ни своего Лукашенко, ни Путина, — резюмирует белорусский эксперт.
Политтехнологически со стороны Белоруссии эта история выглядит как заявка на политическое участие в жизни Украины после того, как она будет демилитаризирована. Хотя политологи и считают, что Александр Григорьевич — возрастной политик, но почему бы и нет?