Олеся Железняк называет себя русской, в которой течет украинская кровь. У актрисы много теплых воспоминаний о земле предков. Там же до сих пор живут ее родственники, однако с прошлого года они прекратили общение.
48-летняя Олеся Железняк дала откровенное интервью Вячеславу Манучарову. Актриса заявила, что целиком поддерживает действия российских властей и недоумевает, почему родственники из Украины не хотят поддерживать с ней связь.
«Я ни с кем сейчас не общаюсь, — сокрушается звезда фильма „Ландыш серебристый“. — Так получилось, что это мои родные, близкие… Надеюсь, что наступит время, когда мы обнимемся с ними. Мои двоюродные братья и сестры, троюродные родственники… Они писали мне… Но сейчас такой момент, когда мы не можем услышать друг друга. Были попытки общения. С их стороны были отчасти обвинительные слова, с моей — о любви. Сейчас нет общения. Тяжело… Они говорят все ровно наоборот… Даже не понимаю, как это соединяется! Ты говоришь: „День“, тебе: „Ночь“, ты: „Солнце“, тебе: „Нет, это Луна“. От этого начинаешь сходишь с ума! А от того, что ты не рядом, не можешь человека встряхнуть, взять за руку и сказать: „Смотри! Это я!“ Остается только молиться. Я расстраиваюсь. Бессилие наступает. Важно не закрывать свое сердце. Это такой момент, который нужно пережить. Важно не озлобиться, не записывать в вечных врагов. Да, случилась беда…»
Железняк рада, что нашла поддержку в лице супруга. Дети, уже повзрослевшие, придерживаются того же мнения. «Мы поддерживаем нашу страну, Россию. Мы смотрим в одну сторону, слава Богу! Знаю, что в некоторых семьях это проблема», — говорила актриса.
Звезда не отказывается от украинских корней.
«Я очень люблю Украину. Да, я украинка. Мама говорила, что у нас были какие-то греческие крови… Но все равно я украинка, но русский человек. Это все невероятно! Какая-то боль… На могиле бабушки с дедушкой была только в детстве. Но они закрыли авиасообщение. Получается, что я не смогу прийти на могилу к своим. Ну как это?! Кто-то взял и сказал: «Тебе туда нельзя!» — негодовала она в шоу «Эмпатия Манучи».