Декабрь оказался на редкость урожайным на политические итоги, в основном подводимые США. Политолог Растислав Ищенко решил собрать ключевые политические сигналы, исходившие из Вашингтона, и объяснить их значение.
Декабрь месяц оказался решающим в плане подведения итогов политического года. Я не помню месяца столь урожайного на отчетливые политические сигналы. Причем все они исходят из Вашингтона, и все свидетельствуют о признании США радикально изменившегося баланса сил в мире.
Америка, отказывавшаяся последние годы признавать восстановление сверхдержавного статуса России, и пытавшаяся силой затолкать человечество (как пасту в тюбик) назад — в однополярный мир, вынуждена была смириться с необходимостью вести переговоры без предварительных условий и учитывать позицию Москвы.
Первый сигнал послал вице-президент Байден, неприятно удививший украинскую власть, в полном составе собравшуюся в зале заседаний Верховной Рады, рекомендацией не кочевряжиться, а выполнять Минские соглашения и как можно быстрее федерализироваться (на деле, описанное Байденом желаемое государственное устройство является скорее конфедерацией, чем федерацией).
Такого двойного предательства Украина от США не ожидала. Два года Вашингтон в упор не замечал, что именно из-за нежелания изменять унитарное государственное устройство Украины Киев начал гражданскую войну, что «за призывы к федерализации» на Украине приговаривают к реальным и отнюдь не маленьким срокам (а могут и просто без суда убить), а теперь Байден требует федерализации. Более того, в Киеве за почти два года привыкли, что все претензии (в том числе и по части исполнения Минских соглашений) США предъявляют России. А тут вдруг выясняется, что это именно Украина должна выполнять Минск, причем срочно.
Но Украина — частный случай — это клиент, от которого США один вред, а пользы никакой, и желание Вашингтона как-то сбросить ее с баланса никого бы не удивило. Однако не прошло и двух недель, как госсекретарь Керри в ходе переговоров в Москве подтвердил и даже развил заявленную Байденом позицию по Украине. Участники переговоров даже свидетельствуют, что в некоторых вопросах США оказались конструктивнее Франции и Германии — давних партнеров России по нормандскому формату и минским переговорам.
Второе. Керри заявил, что ни у кого нет намерений изолировать Россию, и, самое важное, модернизировал позицию США по сирийскому урегулированию. Вашингтон больше не настаивает на отставке Асада как на предварительном условии, а значит, главное препятствие на пути переговорного процесса снято.
Третий сигнал — конгресс США разблокировал реформу МВФ. Россия, Китай, Индия и Бразилия усиливают свой вес в фонде, получают дополнительные полномочия, а значит, увеличивается и их влияние на политику фонда. Главный финансовый инструмент американской гегемонии еще не стал совсем не американским, но становится менее звездно-полосатым. И в данном случае диктат Вашингтона уходит в прошлое, уступая место необходимости переговорного процесса и согласования позиций.
Наконец, четвертый сигнал — американский "Форбс" опубликовал большую статью Дуга Бэндоу "Почему Америка состоит в НАТО? Добавить Черногорию, как заиметь дополнительного ненужного друга в Фэйсбуке". Черногория Черногорией, но для постсоветского пространства главный вывод: "Расширение за счет балтийских государств оказалось колоссальной ошибкой, в результате которой членами НАТО стали беспомощные нации, в защите которых не заинтересована остальная Европа". Автор достаточно прямо указывает, что, по его мнению, в нынешнем виде НАТО несет угрозу безопасности США, и Вашингтону целесообразно покинуть эту беспрерывно расширяющуюся за счет неспособных защитить себя стран организацию.
Здесь важно то, что впервые за последние два десятилетия ведущий деловой еженедельник Америки акцентировал внимание своих читателей на том, что обеспечить свою безопасность США могут только на пути переговоров с Россией.
Еще год назад такое себе невозможно было представить. НАТО было священной коровой — символом и краеугольным камнем евроатлантической системы безопасности. Роль НАТО в американской политической мифологии была так велика, что ставить ее под сомнение не решались даже откровенно антисистемные авторы, не боящиеся обвинений в маргинальности. А сегодня этот вопрос обсуждается в ведущем издании США и в очень недоброжелательном для НАТО тоне.
Конечно, завтра НАТО не распустят и послезавтра тоже, но ценность блока для большинства его членов заключалась в ядерном зонтике США. Если Вашингтон не готов воевать за Ригу и Вильнюс, то и Варшава с Бухарестом не могут быть уверены, что окажутся достаточно важными партнерами, чтобы США рискнули ради них столкновением с Россией. А зачем состоять в блоке и нести определенные издержки от членства, если гарантий защиты нет?
Безусловно, не стоит переоценивать готовность США к компромиссу с Россией. Более вероятно, что они попытаются использовать переговорный процесс для того, чтобы перегруппироваться, перестроить ряды и вновь перейти в наступление. Судьба СССР показала, что США наиболее опасны не тогда, когда ведут против тебя холодную войну, а когда начинают переговоры о разрядке международной напряженности и о мерах доверия. Так что бдительности России терять нельзя.
Но сам факт открытой готовности США к переговорам с Россией через головы своих традиционных союзников создает на постсоветском пространстве новую реальность.
До сих пор большинство постсоветских государств (кто-то в большей мере, кто-то в меньшей) пытались проводить политику балансирования между Западом (ЕС, США) и Россией. Этим до последнего времени грешили даже члены Евразийского экономического союза. Заявленная США в декабре 2015 года позиция показала, что в случае прямого конфликта, в котором Россия продемонстрирует упорство и готовность идти до конца, Вашингтон отступит и союзников сдаст. Произошло это на фоне убедительной демонстрации в Сирии военных возможностей Москвы.
Теперь на постсоветском пространстве нет выбора — с Вашингтоном или с Москвой. Можно выбирать только, когда и как с Москвой. Согласившись на переговоры без предварительных условий по ключевым вопросам глобальной повестки дня, Вашингтон признал сверхдержавный (равный собственному) статус России. А значит, признал и ее право на защиту собственных интересов, тем более вблизи собственных границ.
"Форбс", не скрываясь, указывает на то, что Прибалтика слишком далеко, совершенно не нужна для США и гораздо более важна для России, мотивируя тем самым свою рекомендацию по отказу от защиты прибалтийского плацдарма НАТО.
А есть ли на постсоветском пространстве какая-то страна, которая была бы для США ближе и важнее Прибалтики, которая не просто давно числит себя органической частью Запада, но признана в таком статусе самим Западом, принявшим ее в ЕС и НАТО?
В 2016 год Россия входит единственным гарантом безопасности на постсоветском пространстве и равноправным участником разрешения кризисов, в каком бы регионе планеты они ни происходили. И это необходимо учитывать всем: и партнерам, и конкурентам.
Ростислав Ищенкообозреватель МИА "Россия сегодня".